Содержание → CAPUT III → Часть 4
Часть 4. Глава 3.
Джеймса мало интересовало, поймет хайль-баши его намек или воспримет, как браваду. Он сам отыщет рябого. Сам! И сполна рассчитается с наглецом. Это дело чести! Нечего впутывать сюда баданденские власти. В конце концов, они бились один на один. Недостойно дворянина…
– Вы официально отказываетесь от претензий к нападавшему?
– Отказываюсь.
– Вы можете подтвердить свой отказ письменно?
– Хоть сейчас.
– Имеются ли у вас претензии к властям Бадандена?
– Ни малейших.
– Очень хорошо. Я уполномочен выплатить вам компенсацию за причинение физического, морального и материального ущерба во время пребывания в нашем городе. Вот, не откажитесь принять: семьдесят золотых дхармов. http://femaledetective.ru
Тяжелый кошель из кожи, извлеченный хайль-баши непонятно откуда, лег на столик, глухо звякнув содержимым.
– Можете пересчитать.
В первый миг Джеймс хотел гордо отказаться от компенсации. Он – взрослый человек, дворянин, наследник знатного рода, и в состоянии сам о себе позаботиться. Ривердейлы не нуждаются в опеке баданденских властей! Но гордыня сразилась с благоразумием и проиграла. Потому что на помощь благоразумию пришел недавно обретенный цинизм.
Деньги еще никому не мешали. Джеймсу, например, они очень даже пригодятся. Особенно если он планирует задержаться в Бадандене для розысков рябого наглеца.
– Благодарю вас, Азиз-бей.
– Это мой долг.
– Мне, право, неловко! .. это совершенно излишне…
– Отнюдь! Тиран Салим ибн-Салим, да продлятся его годы навсегда, желает, чтобы у гостей нашего города оставались самые лучшие воспоминания о Бадандене. Мы стараемся в меру сил компенсировать подобные досадные случайности. Кстати, счет за услуги почтенного хабиба аль-Басани уже оплачен из тиранской казны. А вам предоставляется месячная скидка в пятьдесят процентов на услуги лекарей, имеющих честь состоять в Гильдии врачевателей Бадандена. Вот соответствующий документ, заверенный печатью.
На стол лег свиток пергамента, перевязанный шелковым шнурком. Джеймс снова проморгал, откуда собеседник его извлек.
– Ваша любезность, почтенный Азиз-бей, потрясает меня до глубины души! Воистину, она может конкурировать только с вашей проницательностью, – молодой человек блеснул витиеватым слогом, принятым на Востоке. – Право, если в ответ я смогу быть чем-то вам полезен…
– Сможете.
"Кто тебя за язык тянул, краснобай? !"
– Во-первых, я бы попросил вас не слишком распространяться о прискорбном инциденте, случившемся с вами. Мы заинтересованы в притоке туристов. И очень дорожим репутацией родного города.
– Ну разумеется! – с облегчением выдохнул молодой человек. – Можете не сомневаться! Я не болтун.
– Прекрасно. Также я хотел бы, чтобы вы ответили еще на пару вопросов.
– Спрашивайте.
"А вот теперь не зевай, приятель, – подсказал внутренний голос, очень похожий на тенорок дедушки Эрнеста. – Этот красавец свое дело знает. Глазом моргнуть не успеешь, как попадешь в его силки. Думай как следует, прежде чем ответить. "
– Не случалось ли с вами чего-либо странного в последнюю неделю? Возможно, какая-нибудь мелочь, на которую вы не обратили особого внимания?
Врать в глаза Азиз-бею не хотелось. Джеймс ухватился за соломинку. Хайль-баши сказал "странного", ведь так? А много ли странного в том, что двое посетителей оружейной лавки разговорились, обсуждая фехтовальный прием, и во время практического эксперимента один случайно оцарапал шпагой другого?
Ничего странного!
