Содержание → CAPUT III → Часть 3
Часть 3. Глава 3.
– В общих чертах, да. Один на один, с объявлением намерений.
– Очень интересно. И кто же, позвольте спросить, оказался вашим противником?
– Он не назвался. Впрочем, моего имени он тоже не спрашивал.
– У вас имелись секунданты?
– Нет.
– Значит, правила дуэли не были соблюдены. Данный случай можно классифицировать, как…
– Простите, почтенный Азиз-бей, – вмешался Джеймс, по-прежнему улыбаясь, но гораздо холодней. Классификация хайль-баши, еще не начавшись, ему уже не нравилась. – В пункте 7-b Международного Дуэльного кодекса, ратифицированного, в том числе, Реттией и Баданденом…
– Я помню кодекс, о многомудрый виконт, – вернул улыбку хайль-баши. Если улыбка Джеймса была изо льда, то улыбка Азиз-бея смотрелась выкованной из стали. – В особых случаях, когда защита чести не терпит отлагательств… Извините за нескромный вопрос, но что же послужило поводом для вашего поединка?
Разумеется, Джеймс имел полное право не отвечать. Однако зачем ссориться с представителем Канцелярии Пресечения? С Азиз-беем вообще не возникало никакого желания ссориться, даже не будь он "официальным гостем". Напротив, возникало страстное желание оказаться от него как можно дальше. И никогда больше не видеть этого лица – красивого, но словно вырезанного из мореного дуба, со старым шрамом и стальной приветливостью.
Боялся ли молодой человек хайль-баши?
О нет!
С чего бы? ! – пусть его преступники боятся.
Но в присутствии баданденца Джеймс чувствовал себя неуютно.
– Мы поспорили из-за одного фехтовального приема. И чтобы разрешить наш спор, обнажили шпаги. Ну а потом… Мы несколько увлеклись.
– Понимаю.
На сей раз улыбка у Азиз-бея вышла вполне человеческой. Джеймс даже ощутил малую толику симпатии к хайль-баши. Возможно, вне службы баданденец – милейший человек и приятнейший собеседник, любитель поэзии и охоты на фазанов.
В отличие от рабочих часов, когда он – "при исполнении".
В дверь сунулся хабиб, желая сказать хайль-баши, что раненому нужен покой. Дело, пожалуй, было не столько в покое раненого, сколько в желании лекаря напомнить о своем существовании. Но Азиз-бей, хотя и сидел спиной к аль-Басани, нахмурился со значением, перебрал четки – и козлобородый султан целителей молча испарился, словно роса под лучами солнца.
Видимо, решил заглянуть попозже.
– Почему же ваш соперник в таком случае бежал? Если имела место честная дуэль, или просто спор двух фехтовальщиков?
– Не знаю.
Джеймс пожал плечами и закинул ногу за ногу.
– У вас есть предположения на сей счет?
– Может быть, мой оппонент опасался, что его, не разобравшись, примут за грабителя или убийцу?
Азиз-бей огладил свою чудесную бороду, пропуская кольца между пальцами.
– Что было бы недалеко от истины. Это он настоял на выяснении вашего спора путем поединка?
– Да, – без особой охоты подтвердил молодой человек.
Назваться зачинщиком, возводя на себя поклеп и выгораживая "охотника", было бы совсем уж глупо.
– Затеянный спор мог оказать предлогом, верно?
– Предлогом к чему?
– К вызову вас на поединок с целью убить и ограбить.
– Обычно грабители поступают иначе.
– И убийцы тоже, – серьезно кивнул хайль-баши. – Но в стае, как говорится, не без белой вороны. Были случаи. Вот вы, дворянин и честный человек – стали бы вы нарываться на поединок с незнакомцем, всего лишь желая проверить на практике действенность фехтовального приема?
– Я – нет. Но знаю немало людей благородного происхождения, кто вполне мог бы оказаться на месте моего оппонента. У меня к нему нет никаких претензий. Раны пустяковые, я, как видите, не прикован к постели. А спор наш вышел весьма занимательным. Впору найти этого человека и поблагодарить за доставленное удовольствие.
Закладки
- Но жить хотел так, как людям и не снилось. Со…
- – Вы ранены? ! Лежите, не вставайте! Сейчас…
- Если оно не закончится прямо здесь. Прямо сейчас.…
- Фернан! Есть на свете справедливость! Правы были…
- Жженый Покляпец, могила великого Нихона, прозябал в…
- Трон безусловно являлся выдающимся произведением…
- Но и просто наслаждаться триумфом у него не получалось.…
- в котором мы знакомимся с одним хайль-баши,…
- – О, сие правило установлено в дворце милосердного…
- в котором все остается по-прежнему:…
- Ворота ему открыл подмастерье Фернан. – Добрый…
